Публикации

Иппосфера: этюды, зарисовки

20.12.2006, журнал \"Альфа Кентавра\" #6

Питер… Город, в который едет москвич, если душа вдруг запросит романтики (благо, недалеко!) Стрелка Васильевского острова… Финский залив… Именно здесь, в питерском выставочном комплексе Ленэкспо уже в который год (а, кстати, в который?) проходит Иппосфера, на этот раз 2006.

Стоит только зайти внутрь павильонов, кажется, что никуда из Москвы не уезжали.

Центральное событие - соревнования по конкуру: Кубок клубов России «Минитекс», Кубок губернатора Санкт-Петербурга, финальные соревнования среди спортсменов-любителей «Кубок Ленэкспо». Высота перепрыжки по результатам взрослых участников – до 160 см. Были все звезды.

Отличная идея: дети соревнуются не на чистоту и резвость, а на стиль. Старты на стиль проходили каждый день. Ни для кого не секрет, что многие дети и любители едут по небольшим высотам по принципу «нас не догонят» или «лишь бы оказаться на той стороне» и при этом считают себя спортсменами-конкуристами. Высокие требования предъявлялись не только к стилю прохождения маршрута, но так же к внешнему виду лошади и всадника.

Вечернее шоу: не так дорого, как в Москве и очень мило, несмотря на некоторые накладки. Кстати, в шоу участвовали не только лошади, а так же собачки и даже северный олень. Собачки, игравшие роль северных ездовых лаек были просто очаровательны. Они влетели в манеж высоко подпрыгивая и весело смеясь, а когда номер закончился, никак не хотели уходить и чуть позже сделали еще одну попытку прорваться обратно и продолжить выступление. Кто-то из зрителей сказал: «Хотел бы я, чтобы моя лошадь так же рвалась на боевое поле!» А вот северного оленя было жалко. Начало мая выдалось в Питере необычно жарким, он с самого утра катал на улице, а потом его еще и на шоу притащили. У него на морде было написано: «Отстаньте от меня все, дайте помереть спокойно!» Понятно, что организаторы выставки проследить за всеми такими моментами не в состоянии и это полностью на совести хозяев.

В первый день выставки произошел скандал. Для тех, кто интересовался, как проходила «Иппосфера 2006» это уже не новость. Во время награждения спортсменов на трибунах присутствовали некие люди, человек 10-15, с плакатами, на которых были от руки намалеваны какие-то рожи и слова: «Спортсмены, вам не стыдно?», «Садисты!» и т.д. Думаю, всем понятно, кто это такие и зачем. Напротив входа в «Ленэкспо» мы еще раньше заметили рекламный щит, на котором были помещены фотографии трех лошадиных морд, которым чьи-то очумелые ручки отрывают головы и те же слова: «Вам не стыдно?!». (Представляете, сколько денег стоит такой щит?!) Так и напрашиваются сравнения: раньше Питер был колыбелью русской просто революции, а теперь еще и лошадиной. Но не стоит обижать этот прекрасный город подобными обобщениями. Потому что революция – это всегда множество щепок, которые летят, когда рубят лес. Когда люди устраивают революцию для себя, то они сами потом и расхлебывают последствия. А вот сочетание слова «революция» со словом «лошадь» любого нормального конника должно приводить в ужас.

Естественно, мы понеслись в дирекцию выставки, чтобы призвать ее к ответу, почему она позволяет у себя подобный беспредел и куда смотрит охрана. Единственное, что нам ответили в дирекции, это то, что «обращать внимание на подобные вещи – означает пиарить Невзорова и его компанию». Ему, мол, только того и надо. Мы были не совсем удовлетворены подобным ответом и даже начали на ходу сочинять какой-то текст на эту тему. Но тут наступило 7 мая, которое расставило все точки над и.

Выдержка из официального релиза «Иппосферы 2006»:

«7 мая 2006 года, в 14.00, на боевом поле турнира Президент Федерации конного спорта России, депутат Государственной Думы РФ Г.Н. Селезнев открыл мастер-класс «Современная концепция безопасности в конном спорте. О необходимости гуманного отношения к лошади.» Мастер-класс стал ответом профессионалов конного спорта России и организаторов Кубка клубов России «Минитекс» по конкуру на оскорбительные выпады в адрес профессионалов конного спорта А. Невзорова и его сторонников. Кульминацией мастер-класса стала демонстрция фотографий А. Невзорова, на которых он крайне жестоко обращается с лошадью, используя запрещенные для выездки и очень болезненные для животного полутораметровый хлыст и стальные пелямы.

В 17.30 на боевом поле турнира состоялась торжественная церемония чествования великих российских всадников. Зрители на трибунах стоя приветствовали легенд русского конного спорта: восьмикратную чемпионку Советского Союза по троеборью Нину Николаевну Смыслову, вошедшую в число 100 лучших спортсменов ХХ века, неоднократную чемпионку и призера соревнований по конкуру, троеборью и выездке Нину Георгиевну Громову, многократного победителя и призера чемпионатов по выездке СССР и Европы, участника четывех Олимпийских игр Ивана Михайловича Кизимова, заслуженного мастера спорта Вячеслава Михайловича Чуканова.»

Мы полностью удовлетворены. На «Иппосфере-2006», несомненно, каждый день происходило много важного и интересного, но центральным событием выставки мы все-таки считаем то, что произошло 7 мая. Потому что в этот день все присутствующие вспомнили, что у российского конного спорта славное прошлое и поэтому, можно надеяться, не менее славное будущее.

P.S. А еще благодаря «Иппосфере» нам удалось пообщаться с очень интересными людьми. Читайте об этом в рубрике «Дискуссионный клуб».

О русской школе верховой езды

Интервью с Еленой Типикиной

- Понимаете, ведь школа никуда не ушла, она есть.

- Школа уходит вместе с людьми.

- А почему вы думаете, что людей нет? Люди есть. Нет финансовой стставляющей, которая может их поддержать настолько, чтобы они создали детсткие школы. Где сидел Кизимов 13 лет? В Голландии, в Финляндии. На пенсию олимпийского чемпиона в нашей стране не проживешь, а дворником он работать не хотел.

- Можно ли вернуть этих людей и таким образом возродить школу путем популяризации конного спорта?

- Конечно, только это и имеет смысл. Придут тысячи любителей – оживут заводы, фермы, люди получат зарплату, распашут люцерновые поля, чтобы не тухлое сено выращивать, а нормально кормить лошадей, у тренеров будет зарплата. У крестьянина будет кусок хлеба и работы. Это база, это подножие, фундамент. Это как айсберг: все под водой, а на виду острый пик.

- По сравнению с советскими временами массовость и так повышается.

- Она несопоставима! В советском союзе было всего 3 тысячи человек, которые занимались.

- А международного уровня все равно пока далеко.

- Всадника надо вырастить. А всадника школы – тем более. Вы видели, как сейчас дети ехали? Такое было 10 лет назад? И большинство из этих детей – не дети олигархов, а просто талантливые дети, которым спонсоры оплачивают тренировки. Талантливый ребенок – пожалуйста! И лошадь будет, и на чемпионат отправят. И скоро такого будет все больше и больше. Будут рейтинговые турниры. Имиджевая составляющая клуба будет зависеть от выступлений спортсменов, чтобы туда родители приводили своих детей заниматься за деньги. И тогда талатливые спортсмены будут получать возможность заниматься бесплатно, потому что они будут нужны и востребованы, и спорт будет развиваться. Это логично, это обусловлено экономической составляющей.

- Как это выглядит во всем мире.

- Да, и в Советском Союзе в том числе. Все зависит от того, что человек любит – конный спорт или себя на коне. В школу приходило 140 человек через год оставалось трое. Но зато эти трое становились спортсменами.

- Вы согласны, что (забудем о Невзорове) жестокость в конном спорте существует?

- Она просто существует. В конном спорте или без него – она есть в человеческой природе. У Адам и Евы было два сына Каин и Авель. Это были первые дети, рожденные на земле. Люди с тех пор не изменились.

- Какое отношение это имеет к академическому конному спорту? Если я сейчас профессиональным ударом двину вас в глаз, это будет иметь отношение к олипийскому боксу?

- Думаю, это не будет иметь отношение даже к нашей беседе.

- Существуют правила федерации, где четко прописаны правила обращения с лошадью, этика конного спорта. Если где-то там какой-то учитель треснул ученика по шее – из этого следует, что наука педагогика – кровавая и ужасная?

- Нет, конечно.

- Так о чем мы говорим? При чем тут конный спорт? С жестко регламентированными правилами.

- Вы согласны, что спорт и победа любой ценой – это разные вещи?

- Конечно.

- Но у небогатых детей, потенциально талантливых, часто складывается именно такая ситуация: надо побеждать любой ценой, чтобы выступать за клуб, чтобы не отобрали лошадь. Как выходить из этой ситуации тренеру, родителям?

- А вы не занимайтесь чужими грехами, вы за свои отвечайте. Вас должно беспокоить только то, за что отвечаете вы. Вы увидели как избивают лошадь – действуйте!

Скажите пожалуйста, вы в школе учились в России?

- Да.

- Сколько лет?

- Десять.

- Так вот, поймите, когда вы говорите о конно-спортивной школе, это, как и общеобразовательная – минимум десять лет. Только через десять лет человек может назваться приверженцем русской конно-спортивной школы. Нет проблемы со спортом. Есть проблема со школой. Все дети в третьем классе дерутся, и никто не занимается психологическими изысканиями, все знают, что это – норма. А в восьмом – записки пишут. Это нормальный этап становления человека. И если к старшекласснику все обращаются на вы, то третьеклассника любому педагогу позволительно тряхнуть за шиворот. Не ударить, не унизить, а призвать к ответу и порядку. Какие там психологичские проблемы? Есть проблемы – за конюшней подрались. Увижу – выгоню. А сами там – как хотите. Ваша задача – школу преподать: от того, как навоз убрать, до того как вы передаете другому тренеру перспективного спортсмена, который дальше пойдет. У нас все ахают: ах, русская школа! Школа она даже в бульварном понимании - это 10 лет, а не «школа верховой езды по конному спорту», как у нас на одних воротах написано. Если человек отзанимался 3 месяца, он не приверженец школы, он личинка, он никто еще! Какая школа?! Через 10 лет посмотрим. Развивать надо школу, и на авторитетах и на правилах: я не могу не вымыть трензель после работы, потому что там, где учили меня, не вымытым трензелем били по морде. Там не обсуждали, хорошо это или плохо. Брал тренер уздечку, смотрел с какого коня и по морде(всадника, естественно) без разговоров и даьше ты мог убежать и нажаловаться папе, а мог дальше всю жизнь мыть трензеля. А на третий раз вышвыривали за ворота, потому что там еще вон сто человек стоит. Через пять лет с тобой уже обращались по-другому, через десять ты был учеником и другом, а еще через пять у тебя были собственные ученики, которых ты уже готовил, а потом говорил: у меня, Марь Ванна, есть две очень интересные девочки. Ну давай посмотрим, ну давай возьму их в к себе. Из этих людей потом вырастали Громовы, из такой закваски!

- Сейчас такого уже нет.

- И сейчас есть.

- Развернется и уйдет в другой клуб.

- Может быть. Но мастерство детей этого клуба уже через 10 лет всем все объяснит. Когда это вырастут воспитанные вежливые люди, когда мальчики будут девочкам руку подавать, когда никто в грязных сапогах на конюшню не придет. Но суть не только в том, что вы бегаете и лупите детей трензелями и ведрами, это уже не школа а «республика ШКИД» в начальной стадии. Я со всеми своими детьми проводила теоретические занятия, в музеи их водила, на выставки, а запасники Эрмитажа: чтобы посмотрели и руками потрогали амуницию прошлых времен. Мы физиологию лошадей изучали, выставки конные проводили, дети сами проводили! Естественно, кроме кнута должен быть пряник: спектакли постановочные, участие в шоу, и после этого ребенок вправе решать - уйти из этого клуба за то, что дали по шее или нет. Школа – это воспитательный процесс. Приверженцем – не выпускником! – школы человек может ыть через 10 лет. Выпускником – на пятом десяткие. Вот тогда человек может сказать «я принадлежу к школе Кизимова», а вот основателем – такого о себе даже Кизимов не говорит. Стал ли он основателем мы узнаем, когда прочитаем некролог о нем. При жизни о себе такое не говорят.

- А в Питере есть такие конно-спортивные школы, где и теоретические занятия, и выставки проводятся? Обычно ребенок пришел, час отъездил, может сам лошадь поседлал, а может и поседланную дали – и до свидания.

- Есть, конечно.

- Я сейчас обращаю внимание, что новые покатушники, новые прокатчики – они корду правильно собирать не умеют. Это тоже школа. Я смотрю, как человек стоит на манеже и работает на корде – он не умеет собрать корду, не умеет чистить амуницию, седлать правильно, он не может подтянуть подкову двумя камнями. Даже если он умеет седлать, он не умеет запрягать лошадь, а если умеет запрягать в хомут, то он уже не запряжет в дышло, а если умеет в дышло то тройку он не соберет.

- То есть, что-то все таки теряется?

- Теряется преемственность. Но придет другая. Придет европейская. Придут западные тренера. Теряется там преемственность, которая не терялась с Филлисовских времен. Чей ученик Жагоров и Анастасьев? Где их ученики? До них был Фитько, последний ученик Филлиса. У него он окончил кафедру конного дела.

Нина Николаевна шесть лет не выходила из дому. И сейчас когда они стояли на награждении, эти царственные старухи, Громова, Смыслова, когда ей Селезнев целовал руки, а он ведь ее ученик. Подходит Чуканов, целует руку Громовой, а те, кто знал вообще, кто это, они стоят и плачут. Свершилась великая историческая справедливость. Я приеду – Бортникову еще раз в ноги поклонюсь, его была идея их всех собрать. Их привезли на дорогих машинах, в сопровождении, с ценными подарками, с фанфарами, с фейерверками, что бы люди узнали, что о о них помнят, эти овации трибун были для них важны.

- Это было важно для тех детей, которых диктор призвал аплодировать стоя, чтобы они через тридцать лет могли вспомнить, рассказать: был день когда я аплодировал нашим грандам. Я поклонился в детстве великим олимпийским чемпионам. Если он останется в конном спорте, он это вспомнит, он расскажет своим ученикам – хотя бы десять человек из тех, кто там был.

- По старой кавалерийской традиции большие дороги в поводу проходили, мне Громова рассказывала. Малые дороги проходили на хронометраж, там чувство пейса проверяли, всадник без часов должен был уложиться в ному времени. Большие дороги – 12 км перед кроссом. Слез в сапожках и побежал. Лошадке кросс еще ехать, ее поберечь надо. Кавалерийские приколы, понимаете? Вот Нина Николаевна - это культура, это школа, это академическое и художественное образование.

- Читателя надо увлекать и просвещать. Не обязательно быть образованным человеком чтобы быть культурным. Сейчас мы переживаем последние годы, когда у нас есть шанс увидеть пока еще живых мастеров старой школы. Пока жив Гуревич, пока дееспособны Нина Георгиевна, Нина Николаевна. Представители последней старой школы уходят, придет какая-то новая, мы станем ее поклонниками и адептами, немецкой или французкой школы, Россия пустая не останется, но очень важно сохранить свою. Ведь были и олимпийские победы, и призеры кубка наций, и эти люди еще живы и могут говорить, еще можно устраивать семинары, писать книги по их воспомнаниям. Одна из важнейших задач – сохранение наследия. И я хочу обратиться к читателям вашего журнала, конникам-любителям: пора задуматься о том, как сохраниь невероятное умение, талант и обаяние мастеров старой школы, достоверные факты для тех кто придет после нас.

- А чем на ваш взгляд вот эта старая русская школа отличалась от тоой же немецкой, французкой?

- Я не настолько компетентный спец, чтобы говорить о немецкой школе. Я знаю одно, что русская кавалерия, сословная аристократия была классом очень образованным и нравственным, и художественно-литературным. И конное культурное наследие и нас колоссальное. Такое же, может быть, есть только в Англии, где лошадь была объектом поклонения, где был культ лошади. Русская кавалеристская школа была необыкновенно культурна по отношению к коню. Вы читали графа Игнатьева «50 лет в строю»? вы поните, что он написал после маневров 11 года? Он описывает эпизод европейских маневров, где ни один европейский офицер не слез с коня на переправе, а все русские высочества и величества, сняв седла, переправили их на плотах, переплыли в мундирах с конями вплавь. А во всех переходах, если выдавалось хотя бы 10 минут, русский офицер слезал с коня, отпускал подпруги, вынимал мундштук изо рта и пас ее на траве. Этого не делал ни один француз. Более того, еще смеялись. Или вот еще: шесть утра было самым блатным временем для всех извозчиков, все будут со страшной скоростью лететь в манеж. Потому что сапоги сиятельствам чистили денщики, амуницию – специальные люди. А коня чистил – сиятельство. И вахмистр мог написать докладную записку прямо на стол царю, если конь был недолжно вычищен. Вахмистр проверял качество чистки за великим князем, который могкупить себе штат конюхов! Многие ли спортсменысейчас умеют чистить лошадь, скажите пожалуйста? Как положено. Вот этим отличается русская школа! И Дурова, кавалерист-девица, которая в дождь снимала шинель и накрывала спину своего Алкида. И ее, то есть его, корнета, никто не считал за дуру в полку? Значит, все так делали? Это, видимо, была нормальная практика, своей шинелью накрыть лошадь. Уважительное отношение к лошади. Как сидит Николай первый на коне и как сидят другие союзники? Сравните портреты! И пенсионерские конюшни в Царском селе для лошадей. Почитайте вердикт инператора Николая первого о создании «о должном уважении к лошадям, которые доблестным трудом своим прославили русскую воинскую службу». Не потому что они царские, а потому что человек почел своим долгом на личные средства почтить тех партнеров, которые носили его на спине и не оступились в дыму баталии. Вы знаете, где самое старое в мире чучело лошади? Это чучело Лизетты, увековеченный по личному приказу Петра конь Полтавской битвы, поставленный в кунсткамеру для назидания потомкам. Лошади дозволялось входить в шатер, лошади позволялось пить и есть со стола все, что ей подаваемо было. Седло этого коня хранится в Эрмитаже. Это совсем простое седло, пробитое фузейной пулей. Это чучело сохранили в годы блокады, когда горел Зимний. Погибли более важные реликвии (в 50 годы 19 века), а чучело вынесли. Из личных покоев императора. Вынесли старое облезлое чучело, но это семейная реликвия - шкура коня полтавской победы, личного друга императора, Романова, первого императора России. И вот он корень, и если человек называет себя русским конником, он должен все это знать, он должен знать о цирке Чинизелли, он должен знать о Филлисе, он должен с душевным трепетом все это читать, помнить. Это то, без чего мы не будем нами, а будем покатушниками, Иванами, не помнящими родства. А если мы будем учениками учителя, которого учил учитель тот, а его, в свою очередь учил тот, то вы прямой наследник, духовный брат Клодта, вы с ним лично знакомы, вы сотрите восхищенными глазами на его памятники и вы понимаете, что вы его ученик и вас не разделяет 150 лет, потому что вы помните и знаете его, а он смотрит с неба на вас и понимает, что не зря ваял своих коней. Трудно очень ответить по другому. Русская школа, российская, советская – это великая школа! Сейчас наступило страшное время. Когда охаивают все: не было русского балета, не было науки, не было русского спорта. И когда в 60-70 годы приезжала советская команда, на лошадях, рожденных и выращенных в Советском Союзе, то нашей команде отводили самое лучшее место.

-Сейчас в среде проката становится страшно модно ругать того же филлиса.

Ну конечно, он был глупее тех людей, которые не понимают половины тех терминов, которые он применяет, он ничего не понимал, да. Только он делал галоп на трех ногах назад, пируэты на трех ногах, испанскую рысь. Сложнейшие элементы человек без шпор работал на мундштучном оголовье, и уж совсем дураками были наши императоры, которые создали школу и назначили его ответственным за технику конного дела всей царской кавалерии. Наверное, все наши великие всадники были полными дураками, тот же фон Экс, его ученик. И полными дураками были все наши Ситько и Афанасьевы, приведшие сборную в первым местам. Принято ругать Филлиса! И президента тоже! Шакал скулит, а караван шагает.

- Кое что все-таки вчерашний день…

- Ну разумеется, но без вчера нет сегодня. Наверно сегодня Филлиса в чем-то превзошли, но это естественный рост. Тем не менее, человек, который может сказать, что Филлис – вчерашний день и современным всадникам не интересен, это покатушник навсегда. Даже если он выморочит себе бумажку с разрядом.

- А расскажите про мастер-класс о мимике лошадей. О чем шла речь.

- Мимика, пластика, не надо быть зоопсихологом, чтобы знать, что мимика отражает эмоциональное состояние лошади. Причем всегда, у всех лошадей одинаково. Не бывает лошади, которая прижимает уши от счастья, а ставит о злости. Не бывает лошади, которая сжимает носогубную складку от счастья. Мастер-класс являлся ответом на серию оскорбительных провокаций, которые позволил себе АГН. Этот плакат «вам не стыдно»… Нет, мне не стыдно! Вот если бы я сидела на этой лошади, которой порвали рот, мне было бы стыдно. Не могу сказать, что я никогда так не делала. В детстве, в юности, пока не пришло понимание, мы все грубили поводом, и тренера нас за это очень сильно наказывали… А еще бывает, лошадь зевнет, а это так снимут… Вопрос не об этом. АГН ровно в дни проведения выставки позволил себе серию безобразных выходок, призывал общественность бойкотировать выставку, прекратить насилие и кровопролитие, позволил себе оскорбительные слова, позволил себе ложь. У нас есть мониторинг записанных программ, где он буквально говорит, что все лошади рождаются – это я утрирую – зубастыми. Как крокодилы. И чтобы вставить ей в рот железку, ей щипцами выдирают зубы. Я жалею, что люди, с которыми он разговаривал, так терялись от его наглости, что не потребовали немедленного выезда съемочной бригады на его конюшню, чтобы доказать, что он своим лошадям зубы повыдирал так же. Ведь у лошадей АГН, так же как и у всех других, тоже нет на беззубом крае. Потому что их там нет от рождения, а не потому что кто-то их выдрал. Или поехать в зоопарк, там есть ручные зебры и куланы, и посмотреть, растут ли зубы у них. Поэтому был предпринят мастер-класс. Ни я, никто из конников не считаем для себя возможным вступать с АГН в полемическую дискуссию. Это невозможно по определению. Я себе позволила это сделать как журналист в ответ журналисту. Не как конник, не как спортсмен и тренер. Только как журналист. Я дважды выигрывала иппопресс, и мы сочли долгом адекватно ответить, но ни в коем случае не препираться с АГН. Я провела мастер-класс который буквально назывался так: «Современные требования к безопасности коня и всадника в конном спорте и о необходимости гуманного отношения к коню». Мы рассказаи об основных требованиях федерации и сопроводили это соответствующим видеорядом, где были хорошие фотографии спортивных лошадей с обложек журналов, известных всадников на известных лошадях, лошадей в игре на свободе. И продемонстрировали вотографии АГНа – он очень расстроился, узнав что эти фото есть в нашем распоряжении – где он буквально истязает коня с своем манеже, средствами, однозначно запрещенными ФКС, где полутораметрвыми хлыстами он бьет коня в пах, где на нем одеты острые шпоры с загнутым вверх кончиками, что однозначно запрещено, где на лошади одет старинный, вероятно антикварный и очень дорогой пелям с цепью на переносье, где лошадь на вертикальные свечи ставится с прижатыми ушами и скалит пасть, где АГН отрабатывает курбеты не так, как они отрабатываются в испанской школе, а другими, более жестокими методами. Мы не называли АГНа, хотя его все прекрасно узнали на его коне, а рассказали какие ошибки совершает всадник и за что он может быть дисквалифицирован по требованиям современной федерации. Дальше выступал замечательный человек, ветврач, физиолог – (И.О.) Коган, и мы рассказали людям об эмоциональной составляющей мимики лошади. Это выглядело так: на огромном мониторе голова коня с прижатыми шами, зажатыми ноздрями и оскаленными зубами и я спрашиваю Когана: «Скажите, как вы можете прокомментировать эмоциональное состояние лошади?» Он отвечает: «Данная мимическая поза оличается прижатыми ушами, сжатой носогубной складкой, оттянутыми уголками рта, приоскаленными зубами.» Дальше мы уменьшаем кадр и выясняется, что на лошади сидит АГН и ставит ее на свечу. А потом мы показываем другой кадр: лошадь с расслабленной шеей, широко раскрытыми глазами, внимательными ушами, а что испытывает эта лошадь? Спокойствие, интерес. Уменьшаем кадр: на ней сидит всадник-конкурист, преодолевая барьер высшего класса. Я ведь не совершила ничего не дозволенного законом. Я взяла каталог торгового дома хорзе, показала виды шпор, разрешенных для использования, рассказала историю их возникновения, рассказала с какого года ФКС запрещает использования шпор с репьями и колесиками, разрешены только гардкроты. Одновременно мы увидели шпоры АГНа. Потом я процитировала кусок из «Лошадиной Энциклопедии» где по его версии гардкроты были изобретены европейскими офицерами-зоофилами которые насиловали коз, а козы, глупые, трепетные но чуткие животные так боялись зыона колесиков, что их пришлось снять. Я просто процитировала это, а потом сказала, что это не совсем так. Трибуны хохотали. Потом я показала хлысты и рассказала о существовании обязательной хлопушки, и что конкурный хлыст не может быть длиннее 70 см, потому что такая длина полностью страхует от удара в пах, потому что всадник не может даже на вытянутой руке нанести лошади болезненный удар по чувствительным местам. Я рассказала, зачем нужна хлопушка на конце хлыста, что шлепок служит для лошади условным сигналом, что это более важный знак, чем чувствительные побои. Потом мы показали фото, где АГН не туширует длинным хлыстом передние ноги лошади, как делают при выездковой тренировке, а просто бьет лошадь в пах, и как раз туда, куба может достать полутораметровый хлыст для манежной работы. Конкретно в паховую складку. И все это продемонстрировали, и объяснили, что эти фото сделаны не 6 и не 7 ет назад, а 2 года 7 месяцев, что этот человек позиционирует себя как создатель новой, самой совершенной школы. Я прочитала выдержки из интервью с ним, где он говорит, что единственная совершенная школа верховой езды это я. Народ еще раз похохотал. А потом президент федерации сказал очень умную, очень важную вещь, я уважаю теперь Геннадия Николаевича: только пока в нашей стране живы Иваны не помнящие родства, могут появляться люди, способные назвать всадника, олимпийского чемпиона кровожадной дрессированной обезъяной. Но он попросил АГНа вспомнить, что Россия является полноправным членом международной федерации конного спорта и что это самостоятельное юридическое лицо, что существует МОК, что конный спорт, конкур и выездка, являются классическими олимпийскими дисциплинами, что те люди, которые приглашены на наш турнир в качестве почетных гостей награждены правительственными наградами, потому что они прославили нашу страну под звон копыт. Потом мы попросили для этих людей оваций и трибуны устроили овации. Селезнев вступился за славу нашего спорта, за наших грандов. Он президент федерации, он должен был вступиться. Он написал на фотографии Невзорова, где он сидит, раздирая рот коню и всадив в бока шпоры «Коллега, вам не стыдно?» и добавил сразу, что спрашивает его не как конник коника, а как один депутат другого депутата. Не стыдно ли тебе коллега, так не уважать свое отечество, оскорблять наших ветеранов, так не уважать собравшихся здесь людей?

А АГНу мы приготовили подарок от конников России - мусорное ведро, куда каждый мог опустить свое послание. Пока мы АГНу его не вручаем, ждем, вдруг состоится суд. Более 500 посланий. Эта акция была не против Невзорова, эта акция была адекватным ответом тем людям, которые обеспокоены вопросом, правду или нет говорит этот господин. Выбору них есть верить или не верить. Мы не говорим, что такой-то подлец, мы предоставляем выбор. У человека есть воля, он выбирает сам, стать Чикатило или Серафимом Саровским. Наше дело предложить ему информацию, которой у него может не быть. И предложить некий набор видеоматериалов демонстрирующий истинное отношение к лошадям.

В чем разница между религией и сектой? Религия бережно сохраняет свое историческое наследие, то, из чего она выросла, в Библии Новый завет публикуется вместе с Ветхим. И создатель любой школы, научной школы, гордится тем, что он вышел из предшествующей школы, он с гордостью перечисляет те школы, которые, слившись в поток, породили новую школу. Сектант поливает грязью все, что существовало до него, он всегда агрессивен. Секта всегда закрыта, она за замками и паролями, она все за своими пределами объявляет пороком и пытается «разоблачить».

Наградой организаторам мастер-класса была овация трибун нашим мастерам, портсменам, выступающим детям. Стало понятно, что эти трибуны с толку не сбить, они никогда не забудут, что такое русская культура, что такое русская школа. Они аплодировали не потому, что ненавидят АГНа, (они бы свистели), они аплодировали мастерам. Легко быть Геростратом! И Герострат вошел в историю, только вот вошел Геростратом, а не строителем Парфенона.

Нельзя гадить на святое. Надо уважать власти. Тут разыгрывается Кубок губернатора, тут Селезнев, президент федерации, в этом зале наши великие гранды, наши олимпийские чемпионы, чемпионы Мира и Европы и как можно при этом называть конников кровавыми обезъянами?! Но не все стараются подражать Герострату.

Человек имеет право ездить, как ему угодно, хоть задом наперед. Он может даже учеников себе завести, хоть пусть завтра полстраны будет ездить задом наперед, если у них так лучше получается. Но никто не дает ему права порочить честь и достоинство инакомыслящих людей. Да, я не люблю сектантов. Вернее, секты. Но я признаю за этими людьми право ездить со мной в одном трамвае, но если я скажу «свинья, вонючий сектант» - меня должны судить. По Конституции, по закону Российской Федерации. Я не ненавижу Невзорова, я не стану плевать ему в лицо, потому что тогда я стану, как он. Я могу ответить своим мастерством. Я попросила аплодисментов для тех, кто проходил конкурный маршрут в контакте с конем. И знаете, на следующем маршруте, если всадник проходил маршрут на мягкой руке, без драки, ему так аплодировали!.. Это спорт. Один не умеет ездить, у него конь идет с оскаленным ртом и снимает жерди, а у другого конь идет на свободном поводу, у него ушки стоят. Аплодисменты за это - тоже просвятительская деятельность.

Интервью с Еленой Чубаровой

Я не понимаю, как сбалансировать лошадь.

- Я пока тоже многого не понимаю, но думаю- это хорошо знает лошадь, когда мы ей не мешаем сбалансироваться., т.е. лошадь в состоянии естественного сбора. А как достигнуть этого состояния хорошо знает Александр Глебович. .Кстати, игры - его открытие - это один из способов не только найти с лошадью взаимопонимание, но и обрести естестественный баланс и дать лошади показать всю свою пластическую выразительность

Ну вот, например, в ЛЭ вы, наверно, видели, такая игра, Игра-атака. Лошадь нападает, а человек не то чтобы отступает, а, скорее маневрирует.

- Примерно так, как лошади между собой в леваде играют?

- Примерно... Она довольно рискованная, и ее, конечно, не стоит пропагандировать, поскольку это опасно, как резонно написано в титрах ЛЭ, потому что и лошадь и, главным образом человек должны быть к ней готовы. Но тем не менее, на собственном опыте убеждаешься, насколько правильно и умно с точки зрения миологии лошадь играет.

То есть, в игре лошадь сама себе выстраивает работу, она сама как бы показывает, какие группы мышц требуют тренировки, в том числе для баланса. У Александра Глебовича лошади, которые работают 15 минут в день накачаны так, как не накачаны лошади, которые работают часами.

- 15 минут в день? Да что вы говорите! Это под всадником, или в руках тоже?

- Я не имею право обсуждать эту тему.

- А у вас как? Вы о себе расскажите!

- У нас как? Мы можем заниматься 15 минут, можем – 3 часа. Мы не занимаемся собственно работой. Я не гоняю лошадей на корде, из средств управления в принципе кроме кордео ничего нет. Главное - в каком они сегодня настроении. Мы можем играть, миловаться, ножки ставить на тумбочку, тянуться, делая кранч, изучать новые предметы....Вот, например, конь заигрался...Ходит и ходит на задних ногах...уже думаю – хватит, ноги будут болеть, а он сегодня в кураже!

Знаете, дело в том, что мы не всегда можем закрепить определенное поведение. В принципе в игре они делают все элементы высшей школы, поэтому, когда говорят, что А.Г.Н. учит лошадей на железе, а потом, в процессе "демонстрации" снимает - это слышать смешно. Я такими знаниями, как он, не обладаю.

- А на семинаре его вы были?

- Да. Но информацию о нём я расспространять не буду. Эти правила придуманы не мной, не мне их и нарушать.

- Открытая информация тоже, наверно есть. Много ли было народу, ваши личные впечатления – я не прошу вас делиться секретами.

- Ну, в "Конном мире" же писали, что было 300-400 человек. Честно говоря, очень много людей, после всех жёстких дебатов относительно ЛЭ на семинаре боялись увидеть некого "великого и ужасного" Александра Невзорова...А вот пришли и влюбились.

Что я могу сказать?.. Что запомнилось мне? Запомнилось, как А.Г. о лошадях говорит и как у него глаза светятся, когда он о них говорит: это подделать невозможно. Я понимаю, что, наверно, так же буду рассказывать о своих лошадях. Глупо говорить, что такая любовь - это пиар. Мне близко и интересно: подобное отношение к лошади. Я взрослый, самодостаточный человек и навязать какие-то стереотипы мне невозможно.

Мне, хотя я не буду заниматься политической борьбой, вполне реально хочется помочь людям увидеть, как удивительна и умна лошадь, какой судьбы она заслуживает. Я для себя только начала что-то открывать эту бездну. Надеюсь, что мы сделаем конный театр с лошадьми на воле.

Одним из первых потрясений в восьмидесятые стал конный театр «Зингаро». Я увидела, что Бартабас делает со своим фризом на воле и порадовалась, что в свое время бросила спорт, потому что я тоже хочу вот так.

- Я в свое время видела выступления Зингаро и мне некоторые вещи не понравились: пиаффе 7 минут подряд, например. По-моему это вредно.

- Бартабас - великий режиссёр и художник. Лошади для него, наверное, краски в палитре. Он как-то удалился от нас в ссферу сакрального, как джазовый музыкант, который начинает играть не для слушателей, а наслаждаясь изысканной математической гармонией подобранного аккорда., вещи, которую могут понять только музыканты, когда начинается уже не музыка, а математика. А когда у Бартабаса был театр- кабаре, у него был номер на воле…Номер шикарный, правда после "Зингаро" я видела его в "Лошадиной опере"... Прошло уже несколько лет... Номер остался практически таким же. Только конь уже, наверное, устал. Меня до сих пор удивляет, как можно делать столько лет подряд номер, который требует такой эмоциональной работы от лошади.

Сейчас это для меня уже не так очевидно: сделать номер, выучив лошадь и показывать его. Мне трудно представить, как свободная лошадь будет "играть" , например, два спектакля подряд, ведь самое главное в наших "уроках", чтобы ей не было скучно. Только тогда она не пойдёт рано или поздно "в отказ".

Мне очень хочется сделать номер, где я с лошадью танцую на воле. . Возможно, мы дойдем до такой степени взаимоотношений, когда лошадь сделает для меня все, в силу привязанности, в силу наших особых взаимоотношений. Но, как я уже говорила, я теперь слишком часто думаю о той мере лошадиной любви и доверия, когда ради человека лошадь добровольно выходит "голенькая" на сцену под свет софитов и оглушительный водопад музыки... Надо ли ей всё это? А мне? Насколько этично использовать доверие и любовь на публике?.. Об этом я бы побеседовала с Бартабасом.

. Тем не менее «Зингаро» стал для меня первым толчком, а потом я увидела работу Александра Глебовича.

- Многие их последователей НХ и прочих, кто тоже пытается работать с лошадью без уздечки или на земле, тоже недолюбливают Невзорова, возможно, представляя его себе по каким-то громким акциям. Против присутствия таких людей на вашем фестивале вы возражать не будете?

- Нет, мы наоборот хотели объединить всех, мы вообще сначала не поняли почему началась такая дележка пространства гуманных отношений. Это фестиваль. Мы делаем его для лошади. Большинство людей представляют лошадь только в роли живого спортивного снаряда. Делить пока нечего.

- Но ведь Невзоров именно это и делает. Чтобы получить доступ на форум, надо декларировать свою ненависть к спортсменам. Но даже если мне что-то не нравится, я не буду ругать. У человека свое мнение – у меня свое.

- У меня не было и нет этой проблемы. Я изначально поняла, что спортом заниматься не буду. Не то что бы я была против уздечек, мне и в голову не могло прийти, что я буду уздечку снимать – почему, зачем?.. А сейчас я не могу, я просто не могу не то что уздечку – недоуздок одеть. Лошадь для меня как человек, как член семьи. Мне просто психологически сложно это сделать. И тут возникает ещё один вопрос: а зачем? Если нам хватает одного ремешка. Целый шкаф аммуниции остался не у дел.

До недавнего времени мы с четырехлетним жеребцом могли пройти мимо кобыл и арабских жеребцов на верёвочке. Сейчас конь взрослеет. Но проблемы появляются только если мы долго не занимались. Рангоут очень умная лошадь. Его сексуальная составляющая хорошо сублимируется в интеллектуальную, если наше общение и уроки ему интересны. Правильно их выстроить и импровизировать, чтобы лошадь не скучала - это самое главное. Мериновать я его не собираюсь

Поскольку "Хай-Хэт" - это танцевально-театральная студия, я могу сравнивать ту меру энергетики, которая может увлечь моих учеников и лошадей

Если я очень устала, дожимаю себя на волевом усилии, то не получается занятий и с людьми и с лошадьми. Не получается так, как должно быть, на том уровне драйва. куража, удовольствия!.

Один раз я приехала в конюшню после сердечного приступа, естественно - тусклая, тихая, еле живая. Не хотелось пропускать занятия...И лошадь стала давить на меня, Оказалось, её послушание держалось только на моей энергетике, ведь управлять можно и этим. И я поняла, что воспитанная лошадь у меня будет тогда, когда она меня будет жалеть.

Сейчас, через полтора года, Рангоута и Паритета, пожалуй, их можно назвать воспитанными. Не в том смысле, что они ходят на задних ногах, делают кранчи и ходят за мной, как собачки. Они меня жалеют.

Зимой был один случай случай - Паритет делал поклон, я сидела буквально под ним., а конь он пугливый, и в манеж кто-то темпераментно вбежал...Свидетели говорили, что он просто не мог на меня не упасть. Но Паритет сделал совершенно несвойственное движение - рванулся в ту сторону, откуда его напугали, а не на меня. И вот тут я поняла, что это и есть отношения, что они мне дороже всего. Лошадь стала меня понимать и жалеть. Почти через год общения....

- Я когда-то за своим конем заметила этот момент: он очень любит пинаться, просто так, весело ему. И я поняла, что в тот момент, когда я сижу без седла, он пинаться не будет. Он понимает, что я сижу нетвердо, и не будет.

- Вот это и есть отношения. Когда садишься на свободного коня, и вдруг понимаешь, что конь тебя катает. Это не ты на нем едешь, а он тебя катает.Потому что ему с тобой хорошо. Тогда и появляется тот самый баланс. и у тебя и у лошади.

Мы пробовали с Паритетом пареллиевский «урок пассажира» и вдруг в какой-то момент конь задумался, заметался, куда там повернуть, налево, направо, а я отдалась ему полностью – беги сам. И вдруг я почувствовала, что мы с ним практически слились, что я не понимаю уже, чьи это метания – его, мои… Когда ты в правильном состоянии, то есть ты свободен от "левой" словесной жвачки, конь хорошо, без помех. принимает тот образ, который ты ему пытаешься объяснить, это как радио, чисто настроенное на нужную волну. Просто надо быть читым, светлым, честным и... энергичным.

Ведь если я хочу с лошадью танцевать, у меня не будет ни палочки, ничего и все мои руки-ноги тоже будут не команды лошади подавать, а танцевать. Если лошадь будет принимать мои телодвижения за команды, то тут и с ума можно сойти.... А заниматься дрессировкой, так сказать, зубрить текст с лошадью - не интересно. Я не хочу, чтобы она стала цирковой заводной лошадкой, более того, панически этого боюсь... Надо иметь желание работать так, чтобы лошадка тоже его имела...(извините за каламбур).

- Чтобы человек ничем не увлекался, его, как мне кажется, нужно очень сильно задолбать. А если человека не задалбывать…

- Ну а как же все эти истории про детишек, которых собака в конуре воспитала? Они же не говорят, и даже научиться не могут. Вот так и лошадь. Если ее тупо использовать, как снаряд, то раскачать желание думать у неё будет очень непросто. Хотя лошади порой оказываются гораздо пластичнее людей.

- Тут, наверно, важны первые годы жизни, первый контакт с человеком.

- В первые годы ее должны сородичи в табуне воспитывать, чтобы она была лошадью, а не человеком. Мне интересно не очеловечивать, мне интересно, что она именно лошадь, что она другая. Собака такая, кошка – сякая…

- А в плане какой-то ментальности, чем на ваш взгляд лошадь отличается от собаки?

- Человек, наверное, отличается тем, что у него есть абстрактное мышление. А собака и лошадь... я как-то не задумывалась. Пожалуй, лошадь более самодостаточна. Она не так зависит от человека, как собака. Может быть, поэтому к ней так все и тянутся. Хотя насчёт абстрактного мышления я погорячилась. Очевидно, что у лошадей оно успешно развивается. Они очень хорошо анализируют уроки в моё отсутствие.

- А какие-нибудь мастер-классы на вашем фестивале будут?

- У нас было много планов, но пока, наверно, получится только обмен опытом между самими участниками. Мне, лично, интересна дружба между человеком и лошадью, а не просто НХ-шные игры.

- Мне НХ-шные игры не очень нравятся всякими идеями создания дискомфорта для лошади.

- Да-да, я читала вашу статью на эту тему. И как раз в тот момент я тоже, можно сказать, воевала, говорила, что это все не то, что с лошадью нужно играть – вот как АГН советует. Ну и в какой-то момент у меня лошадь, как бы так мягко сказать, обнаглела, встала проблема как-то с ней справляться. После этого я была вынуждена пересмотреть свое мнение о методиках Парелли, несмотря на свое неприятие. Пересмотр некоторых взглядов в процессе работы – это нормально. Взять того же Монти Робертса – мы как-то попробовали Паритета погонять, как он предлагает. Это было ужасно. Он не стал себя вести так как должен был «по Робертсу», а сразу встал на круг и понесся. Ты хочешь, чтобы я тут бегал? Я буду бегать. Он бы умер там. Это страшно было. Он бегал 40 минут галопом. Я уже потом за ним гонялась, не могла его успокоить. Паритет - это лошадь, которой не подходят никакие системы, только личностные отношения. Я ему Пушкина читаю! Он, например, Лермонтова терпеть не может. Паритет - мой брат, существо, которое в чем-то может быть умнее меня и как я его могу – подойди, отойди, ткни… Если с Рангоутом мы пытаемся какие-то системы использовать, все таки опасный молодой жеребец, незаезженный, то с Петей…

- Вы на нем ездите?

- Да, иногда. Но, конечно, на веревочке и без седла. ....Рассказывать о лошадях можно бесконечно...

В прошлом году в спектакле у нас с мужем и Петей был номер на троих. Муж изображал хамовитого ухажёра, а Петя под седлом якобы на него нападал и за ним гонялся. И тут мы решили попробовать на земле, на свободе и пешком, конечно, Петя только научился играть. Так вот конь взял всю инициативу на себя и всерьёз взялся меня защищать, закрывая своей могучей шеей, используя игру-атаку..

Саша пытался подойти, а Петя меня отодвигал, наступая на задних ногах, и пытался его ударить. Потом мы вместе разобрались в ситуации. но игра опасная получилась.... Так что это всё серьёзно.

Был случай, когда я запела в полях вокализ, и конь пошёл буквально на цыпочках. Его не стало слышно. Это был наш первый опыт общения с классической музыкой.

Сложно нам таким с кем-нибудь воевать. Хотя многое из того, что происходит с лошадьми в нашем мире, для меня просто чудовищно. А строя такие отношения с лошадьми.... о каком спорте может идти речь? Просто для меня спорт – это невозможно.

Своего мужа. например, я не агитировала совершенно, просто предложила пообщаться так самому:он начал заниматься с жеребцом и что-то такое стало с ним происходить... Кроме того, он видит, как меняются наши отношения с лошадьми, сколько в них нюансов и открытий. Это естественный процесс, стоит только начать.... И ведь, между прочим, у меня Рангоут будет упираться, даже если его на кордео куда-то потянуть. Мол, что ты тянешь, я же сам с тобой пойду! И мы просто идём рядом.

. Конечно, эти отношения очень притягательны, и тому, кто увидел, тоже немедленно хочется попробовать так же. Хочется, чтобы лошадь с тобой именно общалась. Поэтому мы и решили сделать фестиваль. Чтобы показать людям их собственные возможности. Может быть, кто-то в этом себя найдет, людям будет интереснее, лошадям будет лучше. Невзорова много ругают за закрытость школы, противопоставляя Запад, но забывают, что школа называется От Эколь. Что-то таких открытых западных центров я не припомню. И Кадр Нуар и Сомюр и Версаль Бартабаса никому не приходит в голову валить в одну кучу с Парелли или Клинтом Андерсом.. Вероятно заблуждение проистекает оттого, что Невзоров работает со свободной лошадью.

Фестиваль же просто пропагандирует гуманные, дружеские отношения с лошадью, потому что это действительно мировая тенденция 21 века- повернуться лицом к живой природе и услышать её, наконец. Вот тут Парелли будет очень кстати. Приезжайте как-нибудь в «Тулпар», вам так здорово про систему Парелли расскажут и покажут десять воспитанных лошадей!

- Мы уже с ними беседовали.

- Да нет, вы именно приезжайте! Я к ним приехала, только потому что мы дружим много лет, не особо желая погрузиться в тайны натуральных отношений, ведь я не была сторонницей Парелли. Но это было так убедительно, столько нюансов, которые из статьи не вычитаешь, столько всяких тонкостей, что тут же сказала: не буду больше никогда Парелли ругать. И знаете, между прочим, что забавно: мне Аля (одна из тулпаровцев - прим. ред.) рассказала,что лошади так раскрепостились, что стали щипаться. Никогда не делали – а тут начали. Конечно, не кусаться, а именно щипаться, не всерьез, всерьез-то лошадь может и руку легко отхватить..

- Щипаться? Да как же так? А вот на сайте московских натуралов написано, что лошадь ни в коем случае не должна – ни щипаться, ни брыкаться, ни всадника таскать… Что вообще главная цель НХ – послушная и безопасная лошадь. Там прямо списки целые, чего лошадь не должна. Вот с этим мы боремся: как это лошадь не может возразить? Да может! Хоть на забор повесить.

- Лошадь ничего никому не должна. Она же общается, она должна иметь возможность дать понять, что ей что-то не нравится, что она с чем-то там не согласна. А как же иначе общаться? Это проблема и в человеческих взаимоотношениях. Ты должен то-то и то-то,

а я за это буду тебя чистить(обстирывать, например) и кормить. И назовём всё это - любовью....

- Ну вот у меня мерин – он считает, что он свои щипки соразмеряет, хотя я с ним не очень-то согласна. Причем со мной он себя ведет наглее, чем с кем угодно еще. Наверное, понимает, что тут любят, тут простят. Ну что ж теперь делать? Ну вот такой он. Меня именно такой подход возмущает – говорят о партнерских отношениях, а какие тут партнерские отношения, когда всаднику все можно, а лошади ничего нельзя?

- Да, я слышала, что в системе НХ доминирование должно быть абсолютным… И очень удивилась: а зачем? Монолог мне не интересен. Интересен диалог. Конечно, у лошади должно быть свое мнение, и она может его отстаивать. Я видела, как убитые прокатом лошади демонстрируют на свободе полную покорность и безынициативность. Мне жалко лошадей, у которых убита душа. Это не значит, что лошадь не будет слушаться, не будет работать. Полное доминирование это, наверно, неестественные отношения. Это какие-то странные отношения.


Об EquiHelp

Общество защиты лошадей EquiHelp является некоммерческой организацией и действует с 2003 года, в основном на территории Москвы и Московской области. Лошади, переданные EquiHelp, существуют на частные пожертвования и на деньги учредителей.

Подопечными EquiHelp становятся в первую очередь лошади, которым требуется срочная ветеринарная помощь, а также грозит гибель или убой. EquiHelp координирует сбор средств и иную помощь лошадям, привозит специалистов и после восстановления физического здоровья решает вопросы о передаче животных в частные руки.

За время работы EquiHelp несколько сотен лошадей получили квалифицированную ветеринарную помощь и обрели новый дом.

Нам можно звонить и писать, если Вы знаете, что есть лошадь, нуждающаяся в нашей помощи. Расскажите о нашей деятельности друзьям и знакомым — возможно, кто-то из них столкнётся с жестоким обращением с лошадьми — и  они будут знать, куда обратиться.

Рейтинг@Mail.ru КОНЕтоп Rambler's Top100