Публикации

Возвращение Болеара

01.10.2006, журнал \"Домовой\"

Андалузский жеребец Болеар умирал в подмосковном селе. Лежал в поле на боку, не в силах ни встать, ни перевернуться, и смотрел слезящимися глазами в летнее небо. Вся трава перед его мордой была выгрызена, а дальше он не доставал. В таком положении его обнаружила Дарья Никулина. И спасла.

«Когда мы за ним приехали, он в поле лежал — синий, ребрышки наружу… Хозяйка считала, что ему надо ходить. С прободением подошвы, костью, торчащей наружу, и подковами, которые пять месяцев не снимались. Кто-то ей так сказал. Вот его в поле выгонят, он там упадет — к нему не подходят: зачем, лежит же, не убегает! Через два дня встанет — его доволокут до конюшни. Там еще два дня полежит. Встанет — его опять в поле. Он так и лежал, а перед ним — выеденное пространство. И пролежнями весь покрытый. Язвы, мухи. Хорошо выглядел. Андалузский племенной жеребец». Даша Никулина в красках рассказывает историю лошади, чью породистую узкую морду мы только что видели в воротах бывшего гаража, временно переделанного под денник для Болеара-S, достойного представителя одной из самых аристократичных пород, чуть не сгинувшего в российских просторах.

Никулины живут за городом. Мы сидим в саду, Дашина мама угощает нас домашними пирогами, а дашин муж, директор известнейшего любительского конного клуба «Матадор», — чаем, который недавно привез из Ирана. Сергей Никулин, признаться, немногословен — так, вставляет по ходу саркастические реплики. Например, на вопрос: «Где вы нашли Болеара?», горько отвечает: «На помойке». «Почему в помойке-то?! Мы его нашли ВМЕСТЕ, — энергично перебивает Даша. — И вообще напиши: если бы не Никулин, ничего бы этого не было!» Это правда: и финансовая, и частично организационная часть проекта по спасению Болеара, любовно именуемого Дашей Доном Педро, легла на плечи Никулина. «Матадору» не привыкать спасать никому не нужных, брошенных хозяевами лошадей. Впрочем, история Болеара действительно оказалась выдающейся.

Собственно, он родился дважды. В первый раз — четырнадцать лет назад, в прекрасной стране Испании, где был любовно воспитан и выезжен по старинной испанской школе верховой езды, история которой, сообщают нам справочники, «начинается одновременно с историей выездки. Эта школа впервые упоминается в 1572 году. В 1580 году учрежден конзавод «Липпица», где была выведена липпицанская порода лошадей. Предками липпицанов, которыми была укомплектована Венская школа, были испанские лошади. Отсюда и название Венской школы — испанская».

И второй раз — в России, в тот самый день, когда Даша скуки ради открыла на конном сайте объявление «продается андалуз с небольшими проблемами по здоровью».

Небольшие проблемы

«Я из интереса позвонила — андалуз все-таки. Поговорила с хозяйкой. Она сказала: “У коня ревматика, с прободением подошвы, и он, знаете ли, несколько худоват. Мы в двухстах километрах от Москвы находимся, врачей нет, вот мы его и отдаем”. Прободение подошвы — очень серьезный диагноз. Даша забирать андалуза не собиралась, но предложила: «А хотите, я врача вам привезу, бесплатно? Жалко — такая все-таки лошадь серьезная, а вы морите его». Хозяйка Света хотела, но когда через два дня, договорившись с ветеринаром, Даша перезвонила, та от помощи отказалась: «У нас его забирают». Даша выдохнула и забыла — она и понятия не имела, что тем временем умирающий Болеар подбирался все ближе к тому, чтобы все-таки оказаться под ее опекой. «Удивительно все совпало, — говорит Даша. — Я все-таки в это верю: если лошадь должна к тебе прийти, то она к тебе попадет любым способом».

Еще через пару дней ей позвонила Юлия Федорова, директор «Эквихелпа», организации, занимающейся спасением лошадей, и закричала в трубку: «Даша!!! Я нашла лошадь!» «Поздравляю! — ответила невозмутимая Даша. — И что?» — «Он умирает!!!» Даша снова не дрогнула: «Это характерно для твоих звонков. И что?» — «Его нужно срочно забирать!» «Какая лошадь-то?» — «Да андалуз!» Разумеется, тот самый.

Даше прислали его фотографии. «Я дар речи потеряла. И поняла, что я его заберу во что бы то ни стало. Мертвым, полумертвым…» Дело было за малым — уговорить Никулина. Все-таки похоже, что Даша с ветеринаром Диной Андреевой его коварно обманули. Сказали: «несколько худоват». Ну, сказали, ревматика была, но это ж лечится, через месяц будет бегать! Никулин взял коневоз, Дашу и Дину и поехал за конем. Приехал и обомлел. «Ласковый и к людям позитивный», Болеар потянулся к ним — ползком, ползком…

«Понимаешь, — говорит Никулин, вообще к сантиментам вовсе не склонный, — когда мы за ним приехали, конь встал. Собрал последние силы и встал. Редкий случай, чтобы лошадь почувствовала, что ее спасают. Он поднялся, прошел пять метров до коневозки, зашел и тут же лег. И больше он не вставал».

На месте истощенного Болеара Даша с Сергеем затащили в денник за хвост. Он весил примерно 350 кг — в половину от своего нормального веса. «Щиплешь за шкурку, а она не то что не расправляется, а вообще вся собирается. Обезвоженность страшная. Даже доктора такого не видели. Выгрузили мы трупик, и с утра понеслось —доктора, профессора…» В течение трех суток Болеара осмотрели ведущие ветеринарные врачи Москвы, рентгенолог, ковали. Лечение корректировалось ежедневно.

Из Дашиного интернет-дневника

«Вот уже 8 дней, как я просыпаюсь с мыслью о Нем, засыпаю с нею и молюсь кому-то, когда иду от дома до его денника 16 шагов… Молюсь о том, чтобы застать его живым, не сломавшим ночью шею в бесплодных попытках подняться на разрушенные ноги, не умершим от кровотечения, остановки сердца или отека легких. Сейчас у него еще много поводов умереть».

История лошади

С того момента, как на сайте клуба «Матадор» появился Дашин дневник с фотографиями Болеара, помощь пошла со всех сторон. «Эквихелп» начал сбор денег. В «Матадор» малознакомые и незнакомые люди привозили лекарства. «Я до этого никогда в жизни столько раз спасибо не говорила», — говорит Даша, не отходившая от коня первые два месяца. Среди прочих объявилась и первая хозяйка — та самая Лиза, что вместе с мужем несколько лет назад привезла Болеара в Россию.

Тут и начались проблемы. Болеар, как уже говорилось выше, был выезжен по высшей школе верховой езды. В которой присутствуют такие элементы, как школьные прыжки. Чтобы не путать и не утомлять читателя, приведем описание одного из них — лансады: «Lancade. Лошадь сначала поднимается на сильно согнутых в суставах задних конечностях в положение левады, затем резко отталкивается и, совершив прыжок по дугообразной траектории, приземляется на передние конечности». Понятно, что всаднику, незнакомому с высшей школой, при таком положении дел остается один путь — из седла в кусты или в пыль манежа. На Болеаре мог ездить только хозяин — еще бы: чуть не с детства в испанском седле. Но только хозяин тоже ездить на Болеаре не мог — занимаясь бизнесом и разъезжая по всей стране, он слишком мало времени проводил дома.

Берейтора на такую лошадь найти невозможно. Владельцы приняли решение Болеара продать — как производителя. Вопрос денег не стоял. Стоял вопрос просто продать коня в хорошие руки. Объявили весьма условную для лошади такой породы цену. Вывесили в интернет объявление. Тут и объявилась Света из подмосковной деревни. «Церковь, при церкви конюшня, в конюшне три кобылы сельские, маньки такие. И вот начальник этой сельской конюшни Света всю жизнь мечтала об андалузе». Даша поражается дикости нравов: я вот, например, о «феррари» мечтаю, и что?! «И вот эта Света уговорила приход собрать ей деньги на андалуза. Они собрали. И конь оказался у нее. Конечно, она его довела. Это однозначно. Почти год он пробыл у этой Светы. И если бы не приход, так бы он там и сгинул. Они, конечно, на нее насели: “Света, понятно, что деньги ты нам не вернешь, но хотя бы отдай его, он умирает!”»

Из Дашиного интернет-дневника

«За что Бог посылает наказание животным? Грешны ли они? Или они отвечают за наши грехи, берут их на себя? Или были людьми в прошлой жизни и теперь отвечают за ранее содеянное? Как распределяет судьба — кому жить в КСК "Отрада" и выигрывать титулы, кому быть кем-то очень любимым беспородным конечком, а кому гнить в российской глуши? Или это проверка мне — вынесу ли? Не уйду ли с пути? Если бы я знала ответ... Я бы отдала все, отошла бы в сторону, только бы лишить его этих мук, памяти, прошлого... Почему лошадь должна нести эту боль? И нет ответов…»

Доктор Лоренцо

Через месяц пребывания у Никулиных Дон Педро понемножку начал приходит в себя. Например, он начал вставать — сначала при помощи лебедки, потом и сам. «Но прогресса не было — у него было прободение подошвы, кость вышла наружу, и на этой кости он стоял до тех пор, пока мы за него не взялись. Но мы понимали, что мы что-то делаем не то, — наши ветеринары не сталкивались с лошадьми в таком состоянии». И тут на сцене появился итальянский доктор Лоренцо. Мировая знаменитость, только интернет-консультация которого стоит 300 евро, приехал на конную выставку «Эквирос» проводить семинары. «Мы, — говорит Даша, — невероятными усилиями договорились о консультации. Собрали 500 евро. Проездом в ресторан его завели сюда. Он начал осмотр, мы робко спросили, сколько мы будем должны. Он отвел наших докторов в сторону и сказал: “Вы что?! Какие деньги? У лошади нет спонсора! Во всей Европе и в Америке существую центры для лошадей, больных ламинитом. Это очень дорогое лечение, не все владельцы могут его оплатить даже в Европе, поэтому их лечат бесплатно! Все в этих центрах работают бесплатно — это очень престижно! Я почту за честь, если в Европе узнают, что я лечил в России коня! Ресторан отменяется! Всем работать! Вызывайте ковалей!”»

Когда Никулин вернулся домой, он застал такую картину: денник Дона Педро был освещен прожекторами, на узкой дорожке стояло машин двенадцать, а шесть ковалей, семь российских докторов, два переводчика, Лоренцо, его супруга и Даша работали в поте лица. «Сварка, болгарка, подковы варят, пилят, — такой вот был цирк, — говорит Даша. – До трех ночи. А в семь у Лоренцо был самолет. Он не взял ни копейки. И сказал, что будет нас консультировать. Мы будем посылать ему короткое видео и фотографии, а он будет корректировать ковку. Лоренцо сказал, прогноз хороший: конь хочет жить. А он действительно очень хотел жить. Правда».

Эпилог

Все будет хорошо. Дона Педро поднимут — он в надежных руках. Возможно, через год, когда он пройдет полный курс лечения, его заберет Лиза, когда-то вывезшая его из Испании. По крайней мере, она этого хочет: никому, говорит, теперь его не отдадим. А на «Матадор» посыпались больные, несчастные, никому не нужные лошади. Брошенные хозяевами в прогнивших коровниках и гаражах-ракушках. Доведенные до инвалидности и тоже брошенные. Мы бы, может, и не писали об этой истории, если бы не знали — этих лошадей очень много. Я спросила Дашу, почему же она вцепилась именно в Болеара и вытащила его с того света? Она подумала и сказала: «Не знаю. Мне он вообще сначала не нравился». Сначала — это когда она несколько суток каждые два часа бежала к коню, уже не понимая, где ночь и где день, и помня только одно: лошадь должна выжить.


Об EquiHelp

Общество защиты лошадей EquiHelp является некоммерческой организацией и действует с 2003 года, в основном на территории Москвы и Московской области. Лошади, переданные EquiHelp, существуют на частные пожертвования и на деньги учредителей.

Подопечными EquiHelp становятся в первую очередь лошади, которым требуется срочная ветеринарная помощь, а также грозит гибель или убой. EquiHelp координирует сбор средств и иную помощь лошадям, привозит специалистов и после восстановления физического здоровья решает вопросы о передаче животных в частные руки.

За время работы EquiHelp несколько сотен лошадей получили квалифицированную ветеринарную помощь и обрели новый дом.

Нам можно звонить и писать, если Вы знаете, что есть лошадь, нуждающаяся в нашей помощи. Расскажите о нашей деятельности друзьям и знакомым — возможно, кто-то из них столкнётся с жестоким обращением с лошадьми — и  они будут знать, куда обратиться.

Рейтинг@Mail.ru КОНЕтоп Rambler's Top100